Рассказ ветерана

Всю свою жизнь мой отец служил в армии. Человеком он был достаточно суровым и всегда говорил: «Насколько я добр, настолько и жесток». Не знаю, может быть в силу человеческой натуры, злое больше запоминается, чем доброе.

Отец любил выпить. А от этого в доме регулярно вспыхивали скандалы, ссоры, ругань… Моё сердце просто разрывалось, так как я любил и папу, и маму. Когда они ссорились, я не знал, что мне делать. Хотелось просто уйти из дома, чтобы ничего этого не видеть и не слышать.

Может быть, в силу этого я и стал больше времени проводить на улице. И чем взрослее я становился, тем больше улица становилась для меня домом. Появились друзья. Такие же, как я. Мы стали серьёзно заниматься спортом – всё своё время проводили в спортзалах. А приобретённую силу по вечерам использовали  в драках на дискотеках или в ресторанах. Начались приводы в милицию… Но я понимал: живя на земле один лишь раз, нужно взять от жизни всё. Всё попробовать.

И вот в 1986 году настало время для меня идти в армию. Я знал кое-что о войне в Афганистане: читал о ней иногда в газетах, видел ребят, которые оттуда возвращались, слушал их рассказы… В моём сердце зародилось желание попасть в Афганистан. Так в военкомате я написал рапорт о своём желании и оказался в учебной части города Ашхабада. В разведывательном батальоне. Трудно было и морально, и физически – нас готовили к войне.

Но мы были молоды и веселы. Подшучивали друг над другом. Скоро выпуск. Скоро претворяться все наши мечты о войне…

…О которой мы ничего не знали.

В мае 1987 года я, наконец-то, попал в Афганистан, в разведывательный взвод.

Сердце моё ликовало: какие горы! необычные люди в длинных халатах! другая культура! само время казалось другим!

Я добился своей цели! Я хорошо подготовлен! Неубиваемый солдат… Смерть?! Она для других, не для меня!..

Недели через две моего пребывания в Афганистане вся моя гордость и спесь куда-то схлынула, и я понял, насколько же я ещё молод и глуп. Думал: вот отслужу в Афгане, вернусь домой, поступлю в институт, женюсь – всё будет в лучшем свете. Но одна единственная ночь порушила все мои юношеские мечтания, заставив взглянуть в лицо суровой реальности военной жизни…

Из Советского Союза в Кабул по поверхности земли была проложена труба, по которой перекачивался керосин. Авиационное топливо. И душманы часто пробивали эту трубу, воровали керосин, а то, что выливалось, поджигали, минируя при этом подъезды к месту диверсии.

В четыре часа утра нас подняли по тревоге. Мы выехали на место диверсии. Зарево было видно ещё издалека: кусок яркого света в ночной тьме.

Когда мы подъехали ближе, я услышал два хлопка – это подорвались на минах два наших БТРа, шедшие впереди. Ребята, находившиеся внутри, сгорели заживо…

…Я доставал солдата с водительского сиденья. Это был молодой парень, мой ровесник. Это было обгорелое тело. Мои пальцы вошли в него, по рукам потекло что-то тёплое. К своему ужасу я понял, что по моим рукам течёт человеческий жир!..

И в тот момент что-то произошло внутри меня… что-то, чего словами даже и не описать.

Ужас. Страх. Ненависть.

Ненависть к человеческой плоти.

В то же время дома, в Советском Союзе, до границы с которым всего-то километров сто, кто-то ходил в кино, ел мороженое, женился, веселился. Дети играли… в войнушку.

А я был на войне. У меня был настоящий автомат. Настоящие патроны. Настоящая смерть. Я много раз видел фильмы про войну. Видел, как стреляют, убивают. Но я никогда не мог представить, насколько же война на экране отличается от реальной картины боевых действий.

В моё сердце закрался страх. Я понял, что я такой же человек, как и тот парень, которого я держал на руках. И от смерти я не застрахован.

Но очень сильно захотелось жить.

Я понимал, что за грядущие полтора года в Афганистане со мной вполне могло произойти всё, что угодно. Библия говорит, что многие пути кажутся человеку прямыми, но конец их – погибель. До тех пор пути мои были прямы для меня, но в тот момент я увидел, что иду по пути в погибель.

Я не знал, что делать.

Каждую неделю мы выезжали на боевые действия, и всё это время страх перед смертью неотступно следовал за мной. Но я не показывал его. Прятал. Как и другие ребята. И может быть, именно из-за страха в мою жизнь в Афганистане ворвались наркотики. Но и они не помогали.

Однажды, когда мы отправлялись в очередной трёхдневный рейд, я сидел на БТРе. И вдруг пришло такое чувство, как будто бы я прощаюсь. Никогда такого не было. Я ещё подумал, может с психикой моей что случилось. Я словно бы прощался с боевыми товарищами, и слёзы наворачивались на глаза. Я взглянул на часового на посту. Как в последний раз.

Появилось чувство, что ничего этого я больше не увижу.

Может быть, настал и мой черёд, подумал я. Может, смерть слишком близко подкралась ко мне…

Но я не хотел умирать. Я хотел вернуться домой живым!..

И как-то случайно я поднял глаза вверх и посмотрел на небо. На красивые, белые облака. А там была такая тишина! И я подумал: «БОГ, ЕСЛИ ТЫ ЕСТЬ, ПОМОГИ ОСТАТЬСЯ В ЖИВЫХ!»

Я никогда не ходил в церковь. Никогда не читал Библию. Не имел верующих друзей, которые рассказали бы мне о Боге. Но в тот момент я взмолился: «Бог, если ты есть!..»

Мы уехали на три дня. И в последний день, во время возвращения на заставу, мы попали в засаду. Враг обстрелял нас. Но все остались живы. И когда мы вернулись к своим, я стал размышлять, шаг за шагом отматывая весь рейд назад, к моменту нашего отъезда. К тому времени я уже и забыл, как с надеждой смотрел в небо, какие слова говорил Богу… А тут вдруг вспомнил! И сам живой. И ребята все. Может, думаю, и есть какая-то сила в небесах. Какой-то Бог.

В следующие разы, когда мы выезжали на боевые позиции, я делал то же самое: смотрел на небо, повторял эти простые слова… И я начал замечать, что вокруг меня и со мной стали происходить какие-то чудеса, которые сам я объяснить был не в силах…

Не раз мне доводилось попадать в засады и под обстрелы…

Однажды стоял на посту и услышал, как пуля пролетела мимо меня. Говорят, что человек никогда не слышит звука летящей в него пули. Ту пулю я услышал. Наверное, она очень близко пролетела.

Молодой парень подорвался на растяжках в том самом месте, где незадолго до него ходил я. Слава Богу, он не погиб, но осколками его посекло…

Я понял, что меня направляет невидимая сила. Бог. Я начал общаться с Ним, невидимым и неведомым, обо всём, что меня тревожило, вплоть до того, что просил решения каких-то бытовых проблем. И я получал ответы. Я понял: БОГ ЕСТЬ! Он живой. Он не на картинках. И Он вовсе не злой и страшный Бог, только и поджидающий случая наказать меня. ОН МЕНЯ ЛЮБИТ! И помогает мне.

ОН МЕНЯ ЗАЩИЩАЕТ И ОБЕРЕГАЕТ!

Так родились мои отношения с Богом: я говорил Ему какие-то слова, даже не представляя, что это была молитва. Я просто с Ним общался. Рассказывал о своих переживаниях, раскрывал свои мечты.

А Бог меня хранил.

Игорь Киселёв

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *